?

Log in

No account? Create an account
 
 
14 February 2009 @ 11:37 pm
Балканская болезнь  

 

 

В детстве у меня было много разных страхов, хотя окружающие в большинстве своем считали меня человеком бесстрашным. Общеизвестно было только, что я дико и беспричинно боюсь собак.  Но за другие «подвиги» мне это прощалось.

На самом деле, самым большим был страх заболеть чем-то страшным, редким и неизлечимым. Например, проказой – лепрой. Виной этому была моя любовь к чтению медицинских справочников, а еще рижская тетя Лида. Точнее, она была мне двоюродной бабушкой, но мы звали ее, как и мама, тетей.

Тетя Лида была врачом (говорят – хорошим), а когда-то в молодости некоторое время работала в лепрозории. Вот она-то и рассказала мне, про заразу, которая может сидеть в тебе много лет, ничем себя не проявляя, а потом – здравствуй – пожалуйста – проказа!

Ясен перец, после этого мне, впечатлительному ребенку, все время попадалась эта проклятая проказа.  Конечно же, не в жизни, а в книгах. Будь то Ааду Хинт с «Берегом ветров» или Марина Цветаева с «лепрозориев крапом». Ну да в детстве (и не только) реальная жизнь и книжная часто смешиваются.

 

На самом-то деле мне грозила совсем другая болезнь – балканская. Или не совсем другая? Потому как мне часто кажется, что эта самая балканская болезнь чем-то похожа на проказу. Точно так же разные люди очень по-разному восприимчивы к ее возбудителю. Одному, чтобы заболеть, достаточно разок вдохнуть заразу от случайного прохожего, другой может годами жить рядом с больными в лепрозории – и ничего.  И точно так же не знаешь, когда именно этот хитрый возбудитель попал в твой организм, чтобы потом, спустя время, тебя пометил особый крап балканской болезни – избранности,  проклятия, как угодно.

 

 

Нет, есть и существенные отличия. Я думаю,  любой прокаженный всеми силами желает избавления от болезни, а от балканской болезни излечиваться обычно не хотят. Впрочем, и в том и в другом случае, вероятно, бывают исключения.  Я же не исключение: излечиваться не хочу (впрочем, сомневаюсь, что это в принципе возможно, даже захоти), потому что именно эта болезнь сделала мою жизнь… Даже не знаю, как сказать: НАСТОЯЩЕЕ, что ли. А для того, чтобы объяснить, почему же все-таки болезнь, что за болезненные проявления, приведу один пример.

 

Далекий уже 1995 год, самое начало августа. Веселая студенческая компания решила провести выходные под Москвой, на озере, на даче у одного из друзей. Едем на электричке, потом  идем пешком. Такое настроение бывает только в двадцать с небольшим. Любови и нелюбови. Треугольники, ревности, надежды. Все ужасно всерьез – и все равно не всерьез.  До сих пор помню наш – на весь вагон, на весь лес, на весь дачный поселок – хохот. Но есть среди всех человек, которому на самом деле совсем невесело, хотя внешне это никак не заметно, смеется он еще попуще остальных (может, как раз поэтому он так и хохочет: не желает, чтобы замечали его тоски и тревоги). Этот человек давно и тяжело болен балканской болезнью. Этот человек – я.

 

В голове у меня надо всем и подо всем только три слова Республика Сербская Краина.  Что мне до этой республики?  Мне к тому времени не доводилось бывать ни там, ни вообще на Балканах, у меня нет в РСК никаких знакомых, даже дальних.  Я злюсь на себя, еще как злюсь, я убеждаю себя, что мне до этого не должно быть никакого дела: это не моя жизнь! Я пытаюсь списать свое отвратное настроение на некоторые личные переживания, я специально распаляю, растравляю эти переживания. Но ничего не получается. Мне не должно быть дела, но дело есть! И первое, что я делаю на чужой даче, пытаюсь настроить радиоприемничек на новости. Но российским новостям до краинских сербов дела как раз почти никакого нет. А моим друзьям нет вообще никакого. Они и не знают ничего, не отличают Республику Сербскую от РСК и Сербии, никогда не слышали про Книн, понятия не имеют, что такое Славония. А я им не объясняю. Зачем?  Они хорошие люди и неглупые, они поймут, если я расскажу. А потом скажут: «Может, по пиву? И на озеро купаться!»  Я прекрасно осознаю, что они ничем не хуже меня, не равнодушнее. Даже лучше. Потому что кому, на фиг, легче от моих терзаний, если я  все равно ничего не делаю и не могу сделать.  Я чувствую свою отъединенность в нашей развеселой небольшой толпе,  свое изгойство. Это – балканская болезнь.

 

Но каков же анамнез моего заболевания? Как зараза попала  в мой организм? Когда проявились первые симптомы? В какой момент стало понятно, что это неизлечимо? Вопросы простые, но ответов на них я не знаю. Хотя вспоминать интересно.

 

Слово «Югославия», а точнее «югославка» известно мне с самого раннего детства. Югославкой была Лилька из Белграда – мамина дальняя знакомая и близкая подруга маминой близкой подруги. Они так и говорили между собой, мама и ее подруга: «Лилька, югославка, кофточку (сапоги, жакет и т. п.) привезла. Такая хорошая, надо обязательно купить!»  До кофточки, сапог, жакета мне дела не было, потому не было дела и до Лильки-югославки. Немного интереснее стало, когда выяснилось, что у нее есть два сына: один немного постарше меня, а другой моложе. И имена у этих сыновей – зашибись просто! Не какая-то там Лилька (ну пусть даже Лиляна), что, у нас, что ли Лиль нету? Душан и Боян.   Вот это да! Вот это произвело на меня впечатление.  Да что там впечатление, зависть грызла: ну почему у меня не такое особенное имя? Может быть, тогда и произошло заражение?

 

А Югославия была красивыми видами на открытках, которые иногда приходили. «Из этого прелестного местечка на севере Адриатики шлем вам сердечные приветы. Лиляна и Зоран + дети. 14 августа 1978». Через две недели Душан пойдет в первый класс. Местечко, которое называется Ровинь, судя по изображению на открытке более чем прелестное. Однако я не помню, чтобы в дошкольном, а потом уже и в школьном  детстве эти виды производили на меня такое уж сильное впечатление.

К слову, кажется, как раз в этом самом Ровине у их семейства был свой дом (ловкая Лиляна сумела его продать, и выгодно, в 1990 или 1991, когда война была уже на пороге).  А значит, именно там, спустя лет семь-восемь после летней открыточки, Душан с приятелем, тоже сербом, устроили акт национальной ненависти в виде шиноцида. Они ходили и пропарывали шины всем попавшимся на глаза машинам с хорватскими номерами. Потом они сами попались на глаза милиционеру, были задержаны и отданы на поруки крутому душанову папочке – Зорану. Слава богу, войны тогда еще не было, и в военных преступлениях их не обвинили.

Об этом случае своей биографии Душан рассказал мне все в том же 1995, РСК к тому времени месяца 3 как уже не существовало. Он так и не смог объяснить, на фига они порезали шины и почему только хорватские. А потом долго ничего не отвечал на мой сочувственно-риторический вопрос: «Отец-то выпорол?» (тот порол его, как сидорову козу, и за куда меньшие прегрешения). Наконец, почти потрясенно ответил: «А ты знаешь – нет! Сказал только: синок, никогда больше так не делай!»

Но как бы то ни было, Лилька-югославка, незнакомые пацаны, пусть и с потрясающими именами, солнечные побережья Адриатики на открытках были такой далекой периферией моей жизни, что ни о какой балканской болезни в те времена даже и говорить не приходится. Но, может быть, зараза уже попала и вовсю обживала мой организм, чтобы проявить себя,  когда придет срок?

 

 

Первый более или менее серьезный случай, когда можно говорить, если не о проявлении незначительных симптомов, то уж о заражении – почти  наверняка произошел в четвертом классе.  Наша учительница по истории заболела, и к нам на замену пришла другая. Возможно, она отвыкла работать с маленькими – или по какой другой причине – но она стала объяснять нам, чем отличается «повод» от «причины» на событиях Первой мировой войны.  Сараевское убийство, эрцгерцог Франц Фердинанд, гимназист Гаврило Принип, «крошечная Черногория, единственная из всех стран, для которой та война была справедливой» (это она так говорила, учительница). Про Черногорию мне уже доводилось слышать (точнее читать): «Черногорцы – что такое? – Бонапарте вопросил». Все остальное было абсолютно внове, ошрашивало и завораживало.

Но окончательно меня сразила та ее фраза, которую и до сих пор помню дословно: «Балканы – пороховая бочка Европы, запомните это ребята. И никогда не спрашивайте меня – почему. По определению!»

Теперь уже сложно сказать, почему фраза эта оказала на меня такое действие (на других – нет, общались несколько лет назад с  некоторыми «бэшниками», - так вообще этот урок ни у кого в памяти не сохранился, что и неудивительно).  Видимо, возбудитель балканской болезни уже сидел во мне. К тому же когда впервые слышишь самую избитую фразу, не знаешь ведь, что она избитая, штамп. «Балканы – пороховая бочка Европы» прозвучало для меня из уст не самой хорошей (и уж наверняка знавшей, что говорит банальности) училки как строка  страшных и величественных стихов. Но эта «пороховая бочка» никак не связывалась с красивыми и мирными видами на лиляниных открытках, с югославскими кофточками и сапогами, с Душаном и Бояном, хотя у последнего имя было вполне боевое.

 

Еще меня очень поразила в устах исторички уже известная нам, но совершенно не свойственная ей фраза: «по определению». Конечно, тогда невозможно было судить, свойственна она ей или нет. Но потом эта историчка стала нашей, а не подменной, вплоть до окончания школы. Ни разу она ее больше не употребляла…

 

Прошел где-то год. Третья четверть. Сперва был веселый грипп, когда мы с моим тоже заболевшим другом Лёнькой часами трепались по телефону, читали друг другу куски из любимых книжек, рассказывали анекдоты и фильмы. Потом Лёнька выздоровел и пошел в школу. А у меня  случилось осложнение – двусторонний отит. Вот тогда стало совсем невесело: спать – не спалось, книги не читались, телевизор не смотрелся. Хотя были исключения. Почему-то единственной книгой, которую читать все же удавалось, стал двухтомный медицинский справочник (любимые разделы – психиатрия и инфекционные болезни, в том числе и про лепру). Ну а еще лучше отвлекали от больных ушей репортажи с зимней Олимпиады из Сараева. Из эпицентра той самой «пороховой бочки», о которой нам недавно рассказали. Там и правда стреляли. Ну, например: наши биатлонисты, эстафета, все пули в цель, лыжи быстрые – победа, золото!

Когда болеешь, часто снятся страшные сны. Но и в страшном сне мне не могло присниться, что пройдет 8 лет, и стрелять в этом городе будут уже совсем не биатлонисты. 

 

 

Потом, на истории же (но уже году в 88-89-м) одна девчонка делала доклад по современному положению в СФРЮ ( все дали по стране, мне достались США!). К тому времени «пороховая бочка» меня волновала еще меньше, чем прежде. И все же за память зацепился только ее доклад, точнее отдельные слова из него: Косово, автономия, албанцы, сербы, митинги, столкновения. Наверное, произносила она и фамилию Милошевич.  Но врать не буду, фамилий ничьих не помню. А девочка та вообще не помнит об этом своем докладе. Ничего, ни слова!

 

В 1991 году пороховая бочка Европы взорвалась. В том же году моя балканская болезнь вступила в свою острую и уже не  проходящую стадию. Думаю, это случилось бы и без порохового взрыва. Только немного позже. Уж больно на тот момент не до Балкан мне было!  Индивидуалистическая часть  моего естества как более никогда (ни до, ни после) была занята собой. Ну а общественная, политическая, так сказать, - впервые до такой степени озабочена страной собственной. Но грохнула бочка так, что это пересилило всё.

 

Взрывы да выстрелы, да войны с бомбами (а когда под этими бомбами знакомые, нечужие люди, друзья??) -  чего ж хорошего в этой балканской болезни? Почему неохота излечиваться? Видит бог, я, по определению (хе-хе) не военный человек, ненавижу все это. Но лечиться от балканской болезни не желаю. Объяснить почему, не то, чтобы сложно – нужно еще два раза столько же написать. И кто болезни не подвержен,  се равно не поймет. А кто подвержен, тому объяснять вовсе не надо.

Просто есть люди, которые добрее и злее, наивнее и глубже. Одновременно. Они и рождают чувство настоящести, когда жизнь – жизнь, смерть – смерть, предательство – предательство – предательство, верность – верность.  Без пластмассовой имитации.

Просто есть земля, где прошлое, какое угодно далекое – столь же реально, как день вчерашний или сегодняшний. В Европе история умерла: она музей, школьный урок, археология. Будущее – это послезавтрашнее прошлое.  Вот потому настоящее и получается ненастоящим.

 

Иногда мне кажется, что европиусы завидуют балканским людям (они ведь тоже Европа, а такая другая), их живой жизни, а потому и провоцируют на смертоубийство,  на самоубийство, чтобы эта европейско-балканская аномалия была уничтожена руками самих же местных. А спровоцировать балканского человека легко: и на хорошее, и на плохое. Оттого там все так рядом:  невыносимо ужасное – и невыразимо прекрасное.

 

Когда-нибудь, может быть, я напишу о некоторых (пока что их, увы, очень немного) балканских местах, которые обрели для меня плоть, запах, обросли собственными воспоминаниями. Но сейчас у меня нет нужных слов, а не хочется, чтобы рассказ превратился в обычные (или даже не совсем обычные) туристические заметки. Засим временно заканчиваю. Временно – потому что балаканская зараза продолжает бродить в моей крови. И это уже навсегда.

 

 

 

 



корпоратив
 
 
 
syrmaepon: The Battlesyrmaepon on March 4th, 2011 09:11 am (UTC)
Добрий день
А у меня другая болезнь появилась - кавказкая,а на Кавказе никогда не была.... карма,что ли...
lazar_krlazar_kr on March 4th, 2011 07:08 pm (UTC)
Re: Добрий день
Кавказ - это тоже круто. И Закавказье. Там, кстати, много похожего в некотором смысле: такое же вот соединение и разломы культур, цивилизаций, религий, времен. Живая жизнь, бурная, страшная и прекрасная.
belij_vorobejbelij_vorobej on September 6th, 2011 10:31 pm (UTC)
Здравствуйте! Подселяюсь в вашу палату...
yenihayat: размышлялкаyenihayat on June 17th, 2012 12:56 am (UTC)
Даже не знаю, поверите ли вы мне или нет.
Я буквально только что написала пост у себя по поводу того, что до меня дошла идея о нелинейности времени. О том, что все происходит одновременно. Вот об этом вот: "прошлое, какое угодно далекое – столь же реально, как день вчерашний или сегодняшний". И понимание это меня накрыло как раз когда я стала много, взапой, читать о Балканских войнах.
Когда я первый раз пообщалась более или менее глубоко с людьми оттуда, меня тоже поразило как для них может быть актуальна там, я не заню, битва на Косовом поле миллион лет назад. А для них это все реальность, как сегодняшний день. Так я и сама теперь это чувствую. Вы в 95 году переживали по поводу Сербской Краины, а я вон в конце мая 2012 читала о ней и плакала навзрыд практически.
Вы гениально написали этот пост. Прямо мне в самое сердце.
lazar_krlazar_kr on June 19th, 2012 12:47 pm (UTC)
Спасибо.
А о нелинейности времени - попробуйте почитать Милорада Павича (если еще не читали). По-моему, очень в жилу.
yenihayat: размышлялкаyenihayat on June 19th, 2012 01:16 pm (UTC)
уже даже не знаю, удивляться мне или что :)

Как раз вчера я искала (безуспешно) единственную книгу Павича, которая у меня есть
Я ее читала года 1,5-2 назад, ничего естественно не поняла, но образность языка меня потрясла, ничего похожего я раньше не читала. И вот теперь, когда эта тема о нелинейности времени как-то внезапно прояснилась у меня в голове, я вдруг о нем вспомнила и подумала, что почитать Павича может быть сейчас очень в кассу. Жаль, не нашла. Прийдется читать с экрана.
мне все это очень удивительно

а что именно вы бы советовали почитать для начала?
lazar_krlazar_kr on June 19th, 2012 06:14 pm (UTC)
Ну, если о сплетении времен, то "Хазарский словарь" однозначно. Но если это для начала не пойдет, то "Ящик для письменных принадлежностей" - это наверняка пойдет, с него хорошо начинать. И "Пейзаж, нарисованный чаем". А еще - рассказы, у него потрясающие рассказы (кроме самого последнего сборника ("Бумажный театр"), который мне не нравится. Кстати, имя моего блога "Красный календарь" - название рассказа Павича. А подзаголовок "Вечность и еще один день" - его пьесы.
yenihayat: размышлялкаyenihayat on June 20th, 2012 09:08 am (UTC)
"Ящик для письменных принадлежностей" - это как раз та единственная, которую я читала.

Я пыталась вчера найти ее в сети, но не помнила названия. Но каким-то странным образом помнила, что в первом предложении упоминается официант из будвы. Задала это в поиске - и сразу же нашлась книга. А потом читаю ваш коммент, а вы ее как раз и советуете для начала. (это просто чудо какое-то, как мысли движутся в одном и том же направлении).
Так что почитаю ее, посмотрю, как она теперь будет восприниматься.

Спасибо вам за рекомендации :)